×

Если бы Он посмотрел тебе в глаза…

Икона не дает ответов, она помогает поставить вопрос. Культуролог и бакалавр богословия Александр Архангельский о символике древнерусской иконы и о том, как лик помогает человеку вглядеться в самого себя
+

По материалам лекции «Древнерусская живопись. Разговор об иконах Третьяковской галереи», прочитанной в Рязанской областной универсальной научной библиотеке им. Горького в рамках цикла «Слово и Образ» по инициативе культурно-просветительского фонда «Преображение».

Александр Архангельский. Фото: Евгений Гурко Медиапроект s-t-o-l.com

Александр Архангельский. Фото: Евгений Гурко

Говоря о древнерусской иконе, мы не будем касаться тех вещей, которые легко можно найти в интернете, в каталоге Третьяковской галереи. Мы будем говорить об образах и символах так, чтобы это пространство по возможности ожило.

«Икона» в переводе значит «образ». Человек мыслит образами, копирует образы в своём поведении. Икона не просто о чём-то рассказывает, она утверждает какие-то вещи, активно чему-то противостоит. Князь Евгений Трубецкой писал, что икона утверждает богоподобие человека в мире, где очень многие утверждают, что человек звероподобен.

 

Дмитрий Солунский, мозаика

02_dmitrii-solunskii-_2-bez-filtra Медиапроект s-t-o-l.com

Это мозаичная икона XII века, и здесь изображён святой. Когда мы говорим об изображении святого человека, мы употребляем слово «лик». Человек в своей жизни может являть либо личину (маску), либо лицо, либо лик. Личина появляется, когда человек хочет показать что-то такое, чего нет на самом деле, или что-то скрыть. Маска не отражает сущности того, что есть внутри. Но о чём мы говорим, когда изображен лик? Чем отличается лицо, портрет от лика? Шарль Бодлер писал, что «хороший портрет есть драматизированная биография модели – раскрытие естественной драмы, свойственной каждому человеку». Почему биография? Знание целей, ценностей, жизни, биографии модели очень важно для художника. Человек в течение одного только часа может выражать самые разные эмоции: радость, грусть, усталость, вдохновение, отчаяние. Но не всё, что являет человек, выражает в нём самое главное, его путь, его дело, в котором он воплощает своё призвание, как он его понимает. Задача портретиста – выделить характерное, главное, выражающее самую суть того, кого пишет. Кроме того, портрет – это всегда драма, столкновение в человеке противоположных начал. Если побеждает безличностное животное начало, то человек перестает в определенном смысле быть человеком. Но, кроме стихийного, природного, в человеке сражаются ещё и два духовных «начала». Вера в Творца, которая пытается восстановить в человеке образ Божий, ведущая его вперёд и вверх, и тот духовный надлом, который тащит человека назад и вниз, то, что является результатом грехопадения. В лике утверждается и проявляется победа Божьего начала над этим надломом, то, что называется образом Божьим. Это как очищенная от черноты икона: человек совершает духовный выбор, живёт в соответствии с этим выбором, и это проявляется в том, что приходит мир в сердце, лицо становится ликом. В этом изменении есть и труд человека, и проявление Божьего участия.

На иконе святых мы видим нимб. Нимб выражает ту реальность, тот опыт, который есть почти у любого взрослого человека, иногда независимо от того, называет он себя верующим или нет. Говорят ведь: «темный» человек и «светлый» человек. Это, конечно, не о цвете волос, это внутренний опыт различения света нечеловеческого, это свет, который светит через человека, если у человека есть определенные качества, открытость Богу и Его свету.

01_dmitrii-solunskii-2 Медиапроект s-t-o-l.com

Дмитрий Солунский облачён в доспехи. В левой руке у него щит, в правой – копьё, на руках – поручи, он человек военный. Но на иконе доспехи и оружие указывают не столько на его военную принадлежность, сколько на духовные образы. Обратите внимание на поручи: это не военные, не боевые поручи (до локтя, когда можно защититься от удара). Здесь они больше похожи на поручи священника – символическая вещь, знак посвященности и служения. Или копьё: посмотрите, какое оно тонкое, как тростиночка, этим копьём невозможно ничего пробить. Он опирается на это копьё как на посох. Когда смотришь, рождается образ святого как пастыря. В апостольских посланиях есть такие слова: облекитесь в броню праведности, возьмите щит веры, шлем спасения. Что такое «броня праведности»? Я часто спрашиваю студентов разных вузов, с которыми посещаем залы икон, – что это? Чтобы им был понятен этот образ, я иногда привожу им один пример. Один мой знакомый рассказывал о своем знакомом, который живёт в одной из стран СНГ, порядочном, честном человеке, преподавателе. Но однажды один студент предложил ему взятку. Это было предложение, от которого трудно отказаться, учитывая, что на тот момент у него была нужда… Он её взял – и тут же появились некие люди из определённых структур и сказали: либо ты садишься на большой срок, либо теперь ты будешь регулярно нам рассказывать, что думают и говорят о политике студенты и преподаватели твоего университета. И этот порядочный человек встал перед очень трудным для себя выбором. В другой ситуации он бы отказался, так как стучать на коллег ему было противно. Но тут… За всё в жизни надо отвечать. Это и есть тот момент, когда человек, совершая духовную ошибку, лишается этой самой брони праведности. Праведность – способность поступать по закону, по правде. Броня праведности – это когда злу не за что человека зацепить. Живущий по правде имеет намного меньше таких «зацепок».

Что может стоять за образом «щит веры»? У веры есть несколько определений. Например, уверенность в невидимом. Другое определение: вера – это открытость тому, во что человек верит, он открыт. Если человек верит, что спасение на дачном участке, он там будет проводить всю жизнь, выращивать морковку, только об этом и будет читать и думать… Если он верит, что спасение в карьере, он всю жизнь положит на это. Об иной вере и многом уповании говорит апостол. Но если щит – это закрытость, защищенность, а вера – открытость? Но мы с вами понимаем, Кто будет защищать человека, Кто станет его щитом, если он открыт Богу? Думаю, это понятно. То же касается и остальной символики – обуви (благовествования), шлема (надежды).

 

Спас Эммануил

Мы привыкли, что Христос на иконах изображается часто либо младенцем на руках у матери, либо уже взрослым. И за каждым из этих двух образов стоит что-то важное. Например, младенец на руках Богородицы  выражает тайну Боговоплощения. Такая икона должна помочь человеку осознать эту реальность, задуматься над тем, что значит «Бог воплотился»?

Спас Эммануил, если не отвлекаться на высокий взрослый лоб, – это отрок, то есть подросток не старше 16 лет. Почему Он изображается в виде отрока? Спас Эммануил – это Христос, который еще не родился во плоти, о котором пророки ещё только говорят, что Он придёт, воплотится.  Этот образ появляется на определённом духовном этапе отношений народа Божьего с Богом.

spasemm Медиапроект s-t-o-l.com

Чтобы лучше понять значение образа отрока Эммануила, важно вспомнить ступени, которые предшествовали этому духовному этапу. Так называемый Ветхий Завет – это набор книг, который рассказывает не об одном завете (договоре) людей с Богом, а обо всех заветах, которые существовали до прихода Христа. Каждый такой договор-завет – это определённая духовная ступень, на которой человек принимает новые знания о Боге, мире, других людях и о самом себе и вступает в эти новые отношения. Первый завет – с Адамом, как мы помним, закончился крахом, падением, отчуждением. Человек стал чужим Богу, а через это и другим людям и раскололся в себе самом. И дальше началась история восстановления этих отношений. Каждый человек, приходя к Богу, проходит те же самые этапы. Первым шагом на этом пути был завет с Ноем. Ной не имел с Богом таких отношений, какие позже имел Авраам. Он жил по правде, зная, что «там», наверху, есть Творец, но ни Закон ему не был открыт в той мере, как Моисею, ни послушаться, как Авраам, не умел. Но он жил по правде, знал, что нельзя делать определённые вещи, был готов к тому, что Бог может к нему обратиться, и он оказался готовым услышать Бога. И услышал перед потопом. Так и современные люди, чья вера находится на уровне Ноева завета, часто в храм не ходят, Закона Божьего не знают, но верят и знают, что Бог есть, и имеют внутреннюю готовность исполнить Его волю. Это проявляется особенно часто, когда в жизни такого человека или в жизни тех, кого он любит, совершается или назревает какой-то серьёзный кризис, беда, «потоп», и тогда такой человек начинает вдруг что-то резко предпринимать, то, что он раньше обычно не делал: в храм ходить, свечи ставить, сорокоусты заказывать, в общем, «строить ковчег», предпринимать какие-то усилия, чтобы спастись. Авраамова вера (в том числе и у современного человека) уже другая, она проявляется по-другому. Человек, живущий по такой вере, как Авраам, каждый день разговаривает с Богом, пытается разобраться, услышать, что в его жизни хорошо и что плохо, не по-Божески. Он учится послушаться, то есть пытается слушать и слышать Бога каждый день. Следующая ступень – это завет с Моисеем. Аврааму в некотором смысле было легче, чем Моисею: у него была небольшая семья человек в семьдесят, которую можно было легко собрать и сказать: дети мои, Бог велит поступить так-то и так. У Моисея же были десятки и сотни тысяч людей, которых так не соберёшь просто и в глаза каждому не скажешь. На этом этапе Бог даёт народу через Моисея Свой Закон. Это такой способ передачи духовного знания, который может отсутствовать в опыте человека, но который можно принять, ещё его не пережив. Ты можешь не понимать, почему не чтить старших или прелюбодействовать плохо, но ты либо веришь Богу и принимаешь, либо не веришь и отвергаешь Закон, а значит, и Самого Бога. Закон Божий – не железобетонная стена, он – как столбики, ограждающие дорогу в горах. Они отделяют пространство жизни от пространства смерти. Сбить их, нарушить Закон Божий легко. Вылетая за них в пропасть, человек ощущает примерно то же, что и в духовной жизни, когда нарушает какую-то важную заповедь: сначала экзальтация, ощущение освобождения, полёта, вседозволенности – ровно до тех пор, пока не долетает до дна. А дальше начинаются проблемы, и человека, если он выживет, приходится духовно «собирать по косточкам».

Когда человек исполняет Закон, у него (как у послушного ребёнка, который радостно встречает и обнимает вернувшихся домой родителей) возникает жажда личных отношений с Богом, жажда быть не наёмником, который делает что-то не по собственному желанию, а потому, что «надо», ходит в храм, вычитывает молитвы и так далее. Возникает жажда быть в отношениях не принуждения, а любви. Ведь когда человек приближается к Богу, то в какой-то момент понимает: Бог ведет себя по отношению к нему не просто как Вседержитель, как Творец, а как Отец. Через некоторое время у человека возникает вопрос: если Он мне отец, то кто Ему я? И до человека доходит простая мысль: может быть, я ему дочь или сын? Тогда человек заглядывает внутрь себя и с ужасом понимает, что у него нет той любви, которая должна быть у сына или дочери. Он часто находит только страх перед злом и понимание, что Бог может защитить, но это ещё не любовь. И возникает вопрос: и что же делать? Как научиться так любить?

orantaiemm Медиапроект s-t-o-l.com

И вот ровно в такой ситуации, когда опыт исполнения Закона уже есть, а качества сыновства еще нет, в жизни народа Божьего (и каждого человека) начинается новый этап – этап, который называется этапом пророков. Человек начинает взывать: «Господи, во мне ничего нет! Есть только страх. Научи, как мне изменить своё сердце». И тогда Бог обещает послать Сына Своего, отрока, и Сын научит любви каждого, кто этого жаждет. «Отрок» – тот, кто молчит, потому что отрочество – это время для того, чтобы слушать. Маленький ребёнок всему учится у родителей, копируя их и полностью доверяя им, а в подростковом, отроческом периоде они начинают всё перепроверять, многое спрашивают, часто противоречат. Это время, когда они должны научиться слушать и слышать, подросток должен научиться быть младшим.Образно говоря, «отречься» от своеволия. Есть такое духовное правило: если человек не научился быть по-настоящему младшим, не научился слушать и слышать, то он никогда не научится быть старшим. Он станет начальником – и у него не будет над людьми власти любви, у него будет власть насилия, подавления.

Образ Отрока, который сам умеет слушать и слышать, призван научить этому и нас, научить быть сыном и дочерью, создать образ такой любви. В законе нельзя предусмотреть всех жизненных ситуаций, но когда в сердце есть образ этой сыновней любви и сама любовь, человек будет руководствоваться ею, какая бы жизненная ситуация ни была. Только после этого этапа научения сыновству становится возможен Новый завет и встреча со Христом глаза в глаза.

 

Спас Новгородский XII века

Что на этой иконе мы сразу видим? Крестчатый нимб – знак Христа. У Христа две прядки с одной стороны, две – с другой, раздвоенная бородка – символика двух и трёх (две природы во Христе и Троица).

05_spas-novgorodskii-xii-veka Медиапроект s-t-o-l.com

Икона Спаса Новгородского может помочь человеку заглянуть в ту часть своего сердца, в которую он не очень часто заглядывает. Здесь Христос смотрит немного в сторону. Попробуйте почувствовать, что будет происходить в вашем сердце, если сейчас Христос переведёт свой взгляд нам в глаза. Страх? Любовь? Стыд? Люди переживают очень разное, но все понимают, что это не рядовое переживание. Самое близкое, что мы в этот момент переживаем, можно назвать так: Страшный Суд. Мы ведь знаем, что время у нас когда-нибудь закончится, Господь призовёт нас и скажет: тебе было дано то, другое, третье, куда ты всё это вложил? Если у меня при одной мысли от возможности такой Встречи сегодня возникает страх, то почему? А если моё время закончится прямо сейчас, что я скажу при этой встрече?

Это икона XII века домонгольского периода. Русь тогда была богатая, образованная, грамотность была после реформ Владимира такая, как нигде в Европе. А ведь кому много дано, с того много и спрашивается. Отсюда и строгость в лике Христа, которая, кстати, смягчается, если всмотреться в неё.В иконах XIV века, которые висят в соседнем зале, такой строгости нет: здесь взгляд Христа прямой, добрый, ободряющий: вставай, действуй, хватит киснуть!

 

Обратная сторона Новгородского Спаса

06_obratnaya-storona-novgorodskogo-spasa Медиапроект s-t-o-l.com

На кресте висит терновый венец, под крестом что-то белеет. Это череп Адама. Из предания мы знаем, что Адам ветхий был похоронен на той самой горе, на которой потом был распят Христос. Это место встречи двух Адамов – ветхого, через которого зло и грех вошли в мир, и нового, Христа, через которого грех и зло были побеждены и через Которого каждый может войти в пространство этой победы. По бокам архангелы. В руках одного копьё, которым воин проткнул Христу сердце на кресте, у другого – губка с дурманящим снадобьем – уксусом и желчью (его иногда давали распятым, чтобы облегчить страдания). Иисус сначала отказывается, потому что он пришёл, чтобы трезво воспринять эту реальность. Но перед самой смертью он соглашается, потому что человек, который ему это даёт, милость оказывает, Христос принимает эту милость ради того человека, который её оказывает. Красный и жёлтый кружки означают солнце и луну – знаки того, что это событие не местечковое, а вселенского масштаба.

 

Успение Пресвятой Богородицы

uspenie Медиапроект s-t-o-l.com

Мы видим, что над Богородицей стоит Христос и держит в руках, как часто можно услышать, её душу. Но с богословской точки зрения здесь есть над чем поразмышлять: христиане веруют в воскресение из мёртвых всего человека, а не только души.

Рядом стоят люди нескольких эпох. Если стоящие рядом ещё похожи на людей I века, то дальше уже III–VI век: об этом говорят выбритые макушки (это более поздняя традиция), епископские омофоры. На облаках тоже летят люди. Их двенадцать. Это апостолы. Когда Богородица умерла, все они были в разных местах.

О чём нам говорит соседство на иконе людей, разделённых временем и большим расстоянием? Человек ограничен пространством и временем, но в каждом из нас есть качества, которые пространством и временем не ограничены. Ни образ Божий, ни любовь, ни вера не ограничены временем или пространством. Человек святой может дарить любовь и через сотни лет после своей физической смерти. Такой опыт есть и у обычных людей, которые любят. Есть матери, которые на расстоянии чувствуют, что происходит с их детьми. Пространство преодолевается непостижимым образом. Или другой пример. Если умирает человек и начинаешь за него молиться (у многих есть этот опыт), в какой-то момент понимаешь, что невозможно молиться о нём как о мёртвом, что он живой, хотя это какое-то иное качество жизни. Это переживание жизни, и это не психологический эффект, а реальность, с которой сталкиваешься.

Это совместное предстояние людей разных эпох говорит не только о том, что над образом Успения люди размышляют многие сотни лет, но и о том, что это некоторая реальность, в которую может войти человек и через сто, и через двести, и через триста лет. И эта реальность будет такой же подлинной, как и в то время.

Ещё посмотрите: внизу стоят приготовленные красные туфельки. Это знак готовности, собранности. Христос придёт! Встань, Мария! И Богородица встанет и начнёт служить. «Успение» – от слова «сон», а не «смерть». Успение у святых, верных Богу, – это переход к жизни, а не к смерти.

 

Благовещение Пресвятой Богородицы

blagovesch Медиапроект s-t-o-l.com

 

Здесь Мария – совсем молодая девушка, лет шестнадцати. Многие удивляются: как такая молодая девушка могла принять такое серьёзное взрослое решение? Ведь в наше время 16 лет – это часто ещё не совсем зрелый человек. В XX веке появилось понятие «детский мир». Возник культ детей. В наше время сформировалось выделенное, иногда абсолютно виртуальное, пространство, в котором часто нет ответственности почти ни за что. Хотя во все другие времена ребёнок входил в жизнь взрослых, разделяя их тяготы, и у него была в этой жизни своя ответственность. А если есть ответственность, то человек взрослеет. Когда же появляется виртуальный, обособленный «детский мир» и «детские» проблемы, человек может быть и в 16, и в 20, и в 40 лет инфантильным, то есть не умеющим быть взрослым, брать ответственность и нести её.

Архангел Гавриил благовествует. Обратите внимание: Христос не на руках, ещё не рожденный и не Эммануил, о котором говорят пророки, а как будто еще где-то внутри – изображён на набедренной повязке. В руках у Богородицы красная ткань с пряжей. Эти два знака символизируют момент зачатия, момент, когда начинает «ткаться ткань» воплощённого Христа. После чего это стало возможным? Только после того, как она сказала: «Се раба Господня, да будет мне по слову Твоему». Она могла бы отказаться и сказать «нет», и тогда бы ничего не было.

По преданию, Богородица служила при храме, где подновляла завесу Святого Святых. В это место имел право входить только священник один раз в год, чтобы призвать имя Бога. Помните, эта ткань рвётся, когда Христос умирает на кресте, а ведь это толстая многослойная ткань, которая просто так не порвётся. Изображённая на иконе ткань – образ начала, только начинает ткаться ткань завесы, «ткань» Христа. Христос умирает – и завеса разрывается.

Что символизирует эта завеса? Мы знаем, что за неё нельзя было входить человеку с недостаточной, если так можно выразиться, готовностью сердца, к определённой духовной реальности нельзя прикасаться. Не потому, что он «плохой» и его не пускают, а потому, что любовь – это дух, а дух – это огонь, он может согреть, а может испепелить. Это легко себе представить на примере. Когда два человека друг друга любят, они называют друг друга «зайчик», «солнышко моё» – и обоим хорошо. Но стоит кому-то из них стать предателем, изменить, сразу те же ласковые слова, которые ещё вчера его грели и вдохновляли, начинают злить, раздражать и бесить. Та же самая любовь начинает жечь. Завеса нужна была для того, чтобы человек не сгорел, если он с неподготовленным сердцем прикоснется к этой глубине. Но почему она разорвалась? Через обретение образа сыновности или дочерности (помните про Спаса Эммануила?) можно войти туда и не сгореть. Свой ребёнок – не то же самое, что наёмный слуга. Ребёнок может что-то не понимать, неправильно делать, но когда он старается жить в любви, он приобретает это качество вхождения туда, куда чужой человек войти не может.