×

Рождественское чудо

Только в Рождественскую ночь можно попросить у ангелов всего, даже храбрости
+

Знакомство

Вовка – маленький рыжий мальчишка с торчащими ушами, родинкой на щеке и улыбкой от уха до уха – всегда был душой компании: он знал кучу шуток и много читал, болтать с ним было интересно, и ребята с удовольствием слушали его рассказы. Бывало, он часть истории забудет, да свою придумает – так даже лучше получалось. Но вот загвоздка: смелости Вовчику не хватало. Все ребята с горки кувырком, а он стоит, к краю прижался, со страхом вниз смотрит. Ему и хочется скатиться, а страх не пускает: как тиски, держит, шагу ступить не дает. Стоит Вовка, вздыхает, потом спускается и внизу на мальчишек с завистью смотрит – ему бы так! И друзей у него много, а вот тут не получается – и все.

Вечером, в канун Рождества, мальчик жаловался маме:

– Мам, ну как так-то? Чего ж я, хуже всех, что ли? Я уж и зажмуриваться пытался, а все ни в какую, э-э-эх, – расстроенно хмурился он.

Мама улыбнулась, домыла тарелку и, вытирая руки, подсела к сыну.

– Ну и чего ты так расстраиваешься? – мамин голос звучал так сладко и мягко, – всякое бывает, надо просто перестать сомневаться. Ты же не расшибешься, не ударишься, а если и так, то потрешь и дальше побежишь. Давай папу попросим – он с тобой пойдет, смелее будешь!

– Не хочу с папой, чего я – маленький, что ли, – завозмущался Вовка.

Стоящий в дверях папа засмеялся, подсел к семейству и заговорил:

– Ну, тогда слушай, раз ты уже большой, – они с мамой перемигнулись. – Только раз в году, в волшебную Рождественскую ночь, ты можешь попросить у ангелов всего, что пожелаешь.

– Даже храбрости? – подскочил мальчонка.

– Ее в первую очередь, – папа, попивая чай, пошел в комнату. – Да, и не забудь: хотеть надо искренне.

Весь вечер Вовка был сам не свой: он и желание придумал, и решил, как напишет его и как произнесет (вдруг ангелы читать не умеют), и выспросил маму с папу, на каком языке ангелы говорят (вдруг они его не поймут). Удостоверившись, что все сделано правильно, он, написав желание на листочках, разложил их под подушку, на окно и у двери, чтобы наверняка, три раза вслух произнес его, крепко зажмурив глаза, и лег спать, тут же провалившись в сновидения.

А в это время на крыше дома сидел огромный черный кот, вылизывал лапки и переговаривался с Луной:

– Ну что, матушка, поможем маленькому? – задумчиво мурчал он. – Эх, вот все равно у детей самые искренние просьбы, самые чистые.

– Ты предлагаешь просто дать ему храбрость? – зазвенели колокольчики лунного света. – Но разве тогда она будет ценна?

– Ну что ты, душа моя, – возмутился пушистый красавец. – У меня есть идея получше. Ты только подсоби – магия твоя нужна, а уж остальное я сделаю.

Луна улыбнулась, подмигнула старому другу и осветила окошко Вовкиной спальни, откуда с испуганным видом выпрыгнул маленький рыжий котенок с пятнышком на щеке.

Скучаем-с, мой маленький собрат? – к рыженькому малышу подпрыгнул черный кот, помогая котенку спуститься с форточки и устроиться поудобнее на карнизе. – Меня, собственно, Дрим зовут.

– Ух ты. Это я чего, с котами, что ли, разговариваю? – Вовка удивленно смотрел на нового знакомого. – Погоди, да это ж я сам тоже кот. А-а-а, мне снится, все ясно. Крутой сон, я прямо ощущаю, что я шерстявый.

– Не шерстявый, мой маленький безграмотный друг, а пушистый, – улыбался Дрим. – И не сон, а вполне реальная действительность. Ты же желание загадал?

– Загадал.

– Ну вот я и пришел его исполнять.

Вовка хмыкнул и задумался:

– А чтобы просто дать мне храбрость, и я такой р-раз – и проснулся смелым? – задумчиво протянул он.

– Нет, мой милый, это так не работает. Храбрость я тебе дать не могу – это не в моих руках, точнее, лапах, а вот научить тебя – это уже моя компетенция. Ох, как сказал, аж самому понравилось, – черный кот самодовольно потянутся. – Ну, пойдем, будем учиться.

– Чему это? – маленький с любопытством оглядывался.

– Чему-чему, смелости, конечно. Не алгебру ж я с тобой решать буду. С чего начнем – с низа или верха? А, хотя чего я спрашиваю, давай сначала вниз, потом и поднимемся.

Вдоль стены скользнула черная тень, а за ней – маленький рыжий комочек, который боязливо озирался по сторонам, стараясь не смотреть вниз.

– Ну и чего столько испуга в глазах? Это всего лишь первый этаж – с окна прыг и на лапы, – возмущался Дрим. – Хватит прижиматься к стене

– А если я ударюсь, а расшибусь если? – причитал Вовка. – Что мама потом скажет?

– А что скажет мама, если ты до старости будешь трусишкой, – шикнул кот. – А ну, прыгай!

Рыжий малыш зажмурился, оттолкнулся лапками, приготовился к полету и… тут же приземлился на мягкую траву. Кончик его хвоста дрожал.

– Эх ты, змейка гремучая, страху то, страху.

Трава? Откуда зимой трава? Рыжий малыш удивленно смотрел на старшего: под его лапами и впрямь посреди снега пробивалась травка – зеленая и так вкусно пахнущая.

– Ну чего смотришь, не люблю я на снегу стоять – лапы мерзнут, – усмехнулся черный. – А это маленькое чудо мне по силам. Ну что, кротовья нора ждет

Перед ними открылась нора, откуда с чинным спокойствием высунулся крот, приподнял шляпу, приветствуя котов, и пригласил их за собой. Удивлению маленького не было предела. Они спустились в длинный коридор с несколькими дверями. Крот услужливо пригласил их пройти. Дрим улыбнулся:

– Ну что, нам с тобой предстоит экскурсия. Благодарю, милейший, — это он с поклоном ответил уже кроту. – Ну что, ты готов? А, хотя чего я спрашиваю. Пойдем. Они подошли к первой двери, за которой их ожидал огромный зал и очередная теперь уже обшитая металлом дверь с огромным замком.

 

Вниз

На входе, обмахиваясь веером, стояла крупная дама с непомерно маленькой для ее тела головой и крошечными ручками:

– По какому поводу посетить нас изволите, сударики, – чинно спросила она.

Дрим захохотал, надулся, да как шикнет на нее… И вместо дамы, задорно хохоча, на пол повалились трое маленьких человечков. Путаясь в платье, они бросились врассыпную с диким визгом. Дрим достал из шерстки ключ и открыл дверь.

– Нет, ну ты представляешь, не лень же им каждый раз образы придумывать, то в гномов оденутся, то всей гурьбой в костюм лошади залезут, – ворчал Дрим, – одним словом, сорванцы.

Они прошли в глубь зала, где на высоких полках стояли огромные книги в золоченых обложках. Выше них располагались книги чуть поменьше, и попроще, и с каждым ярусом вверх книг становилось все больше, но сами они – меньше и темнее. Под потолком, куда даже нашим героям не допрыгнуть, гнездились черные крошки.

– Дрим, что это? – удивленно замер Вовка. – Мы где?

– Это, мой маленький друг, зал секретов. В книгах больших в золоте – то, что и секретами-то трудно назвать: маленькие тайны, которые жизнь интереснее делают. Тут и сюрпризы для близких, когда терпишь не рассказать, что за подарок подготовил; здесь и секреты влюбленных, когда скромняга парень стесняется девчушке в любви признаться.

– Красота, – мечтательно протянул рыжий котенок. – А мои тут тоже есть?

– А ты как думаешь, – засмеялся черный. – Все мы читали, как ты букетик на 8 Марта от мамы прятал. Как бабушке печенье пек и боялся, что она раньше времени зайдет. Как Софочке-соседке шоколадку подбросил с записочкой, а потом так и не сознался.

– Э-эх, Софочка, София, – Вовчик вздохнул. – А выше что?

– А выше – там секреты в сердце глубже. С каждой полкой тайна все страшнее и опаснее. Среди верхних есть такие, что и людей погубить могут, коли их кто узнает, а потому они на самом верху, куда никому не добраться, – задумчиво рассказывал старший товарищ.

Вдруг за дверью послышалось хихиканье. Не успели коты обернуться, как на них выскочила толпа малышей. Бросив на героев самодельную сетку, они связали их и врассыпную бросились по полкам. Они сбрасывали книжки, ползли все выше и выше, старались сунуть нос в каждую, чтобы не упустить ни строчки. Гогот стоял страшный, книжки летели с полок, пара приземлилась на головы котам. Дрим, ощетинившийся от злости, перегрыз сетку, встал на дыбы, резко увеличился в размерах и как крикнет:

— А ну, прочь отсюда, живо!!!

Враз все затихло. Маленькие бесенята остановились, замерли, удивленно посмотрели на кота и с жутким визгом бросились прочь из зала. Их маленькие ножки затоптали все. Досталось даже Вовке – по нему пробежало точно с десяток крошечных ботиночек. Шерстка была испачкана, но от удивления он даже не обратил на это внимание:

– Это что сейчас было такое? – ошарашено спросил он.

– Знакомься, этих маленьких чертят зовут Догадки, – ворчливо отряхивался Дрим. – Их излюбленное занятие – всеми попытками, по одному ли, толпой ли, пролезть в секреты и их узнать. Чуть пустишь – так они тут все разнесут, места живого не оставят. Видишь, все раскидали, бесы.

И впрямь, книги лежали на полу, распахнутые и затоптанные малышами-Догадками. Лишь верхние полки оставались нетронутыми.

– Слава когтям, они еще не доросли до страшных тайн. Но они учатся строить башенки и совмещать усилия, поэтому приходится придумывать все более хитрые уловки, чтобы их удержать. Давай расставим все по полкам, хоть что-то сохраним.

Они долго расставляли книги, прыгая с полки на полку, вырывали совсем испорченные странички, старались хоть как-то привести в порядок еще целые.

– А кто туда вписывает это все? – спрашивал уставший Вовка, приседая отдохнуть.

– Люди сами. Каждый секрет, который они хранят в сердце, появляется и здесь, – Дрим улыбнулся. – Каждый. Ну, хватит здесь торчать, пойдем дальше, а то нам жизни не хватит все обойти.

Вовка вздохнул, и они пошли дальше. Дрим, оглядев комнату, подошел напоследок к стеллажу, вырвал из него страничку и спрятал ее в шерсти. Они уходили под хихиканье малышей и их тщетные попытки открыть замок.

Следующая дверь оказалась маленькой и какой-то странно темной. Вовка удивленно смотрел на нее.

– Соберись, – шепнул ему Дрим. – Здесь будет непросто.

Он распахнул дверь, и малыш затаил дыхание. Но там, посреди пустой комнаты, лежал крошечный комочек, похожий на желе желто-зеленого цвета. Вовчик засмеялся:

– Мне уже надо начинать пугаться? – он задорно подбежал к желешке. – У-у-у, я тебя бо-оюсь.

– Только не трогай его. – договорить Дриму не удалось. Вовка, как зачарованный, смотрел на комочек. – Ну вот, началось веселье.

Комочек подполз к Вовке. Да-да, он действительно полз, переливаясь оттенками желтого. Внезапно Вовчику начало казаться, что стены комнаты исчезают, а сам он несется куда-то вверх, сначала медленно, но каждую секунду все быстрее и быстрее. Черный кот, стены, желе, все исчезло, он несся в высоту, вокруг только ветер и страх, страх всепоглощающий и зыбкий, он тонул в нем, ему вдруг стало тяжело дышать, лапы одеревенели. Он плохо представлял, насколько высоко находится и где он вообще. Из пустоты послышался голос:

– Это не желе, я же предупредил, это страх, – Дрим был серьезен как никогда. – Не поддавайся ему, иначе он поглотит. Вдохни, успокойся и прыгай. Все, что ты видишь, – это только мираж, ничего нет. Отпусти страх, не дай ему завладеть тобой.

Вовку трясло. Он еще никогда в жизни так не боялся. Высоко, слишком высоко. Ему нужна земля, он должен лапами чувствовать ее. Котенок зажмурился, разбежался и прыгнул в пустоту. Ему стало невообразимо страшно.

От резкого толчка он распахнул глаза и понял, что застрял в чем-то вязком. Не в состоянии повернуть голову, он испуганно пытался уловить знакомые очертания, но только по цвету вокруг догадался: он внутри желе, страх его поглотил. Знакомый голос все еще звучал в голове:

– Отпусти мысли. Ты можешь. Не бойся – ты сильнее его. Просто начни считать или пой песню, все что угодно, но выгони его из сердца, – в голосе Дрима слышались нотки волнения.

Вовка зажмурился. На ум не лезло ничего, кроме желе. Точно, желе. Ведь мама частенько готовила его на полдник. Оно такое вкусное, особенно когда в нем малинка или вишенка. А он сейчас так забавно похож на вишенку, правда, рыженькую. Интересно, насколько большой должна быть ложка, чтобы выковырять такую «ягодку» из пудинга. Ноги его коснулись пола.

– Ну вот, наконец-то сообразил, – Дрим ворчал, но в лапах была заметна дрожь. – Что хоть представил-то?

– Вишенку, – улыбался Вова, стряхивая остатки «пудинга» с шерстки. – И ложку.

– Мда-а, дети, – улыбался старший. – Пойдем, сорванец.

Они выходили из комнаты, где в углу тихонько спряталась уже никому не страшная желешка. На выходе Дрим подцепил кусочек, спрятав к страничке. Дверь с шумом захлопнулась.

 

Вверх

Они поднимались по лестнице. Вовка радостно подпрыгивал в ожидании новых приключений:

– Дядя Дрим, а ты тоже когда-то ходил по комнатам? – выпытывал он у наставника.

– Я, малыш, когда-то их создавал, – усмехнулся кот. – Еще когда Иван-не-Дурак учиться ходил.

– Кто? – удивленно нахмурился котенок

– Потом расскажу, забавная история, – продолжал черный. – Давно было, я еще только начинал.

Они подошли к огромной дыре в стене:

– Ну, вот тут не обязательно что-то будет, – задумчиво бормотал Дрим. – Но некоторым везет.

Едва Вовка успел задуматься, как в дыре блеснул огонек, потом второй. Он всматривался в эти огоньки и вдруг понял: они тоже смотрят на него, это глаза. Он потянулся, чтобы рассмотреть поближе, и нос к носу столкнулся с пушистой мордашкой. Секунды задумчивого сопения – и длинная шерстяная «ниточка» выползла целиком. Вовка протянул лапку к этому тоненькому пушистому зверьку с жемчужными зубками и огромными яркими глазами. Зверушка чихнула от пыли, подползла к котенку и уютно пригрелась на его шерстке.

– М-да, не ко всякому так идет охотно, – засмеялся старший кот. – Иди, маленькая, почешу.

Малышка посмотрела на Дрима, потянулась и перепрыгнула на его лапу, устроившись в его шерсти.

– Это Талант, мой маленький друг, – кот почесывал зверушку. – Он так охотно не ко всем прыгает, ко многим даже носика не высовывает. Он любит, когда его поощряют и кормят.

– А чем его кормят, – спросил Вовка, – сосисками?

– Ну да, как же, именно ими, – зверушка недовольно пискнула в такт коту. – Он любит творчество. Написал хороший стишок – дай ему, он доволен. Талантливо спел песенку – он послушал и сыт. Но не обольщайся – он бывает опасен. Со многими раньше такое было: если Таланту не дать выплеска – может и задушить от голода. Человек мучается и не знает, что ему делать.

– А как понять, чем его кормить? – Вовка отошел на пару шагов. Дрим засмеялся:

– О, не переживай, ты поймешь. Тебя потянет. Ты станешь делать что-то лучше других, потом и вовсе научишься творить что-то особенное. Это и будет Талант. Его надо беречь, и он принесет прекрасные плоды. Давай его отпустим – он скоро сам к тебе придет, а нам пора дальше.

Вовка на прощание почесал Талант за ушком, тот довольно урчал. Дрим тихонько отщипнул у него пару волосков и повел малыша дальше. Они постепенно поднимались. Стены были изрисованы историями о подвигах, любви, мужестве людей. У некоторых они останавливались, читая, Дрим рассказывал легенды.

Через несколько минут они подошли к огромной дыре в полу – оттуда лилось сияние и дул ветерок. Над ними виднелась Луна: они стояли под городом.

– Ну что, друг мой, это последний этап – это поток Куража, – Дриму явно не терпелось. – Он подхватит тебя и вынесет наверх. Главное, не бойся.

Вовка засмеялся:

– Я боюсь? Ха, ни за что, не будь я вишенкой.

Дрим с удивлением посмотрел, хмыкнул, разбежался и прыгнул в поток, который подхватил его и вынес наверх. Вовка с задорным визжанием прыгнул вслед. Его подхватило теплым ветром. Малыш успевал крутиться и даже изобразил парашютиста – уж очень ему нравилось в этом ветерке. Они мягко приземлились на крышу дома.

– Еще, дядя Дрим, еще хочу, – Вовка радостно прыгал на месте. – Даешь кураж!

Дрим хохотал:

– Хватит с тебя, экстремал, скоро рассвет, нам пора домой. Смотри, Луна уже бледнеет.

Вовка вздохнул и грустно посмотрел на старшего кота:

– Совсем-совсем пора? Даже чуть-чуть еще попрыгать нельзя?

– Нет, малыш, мне тоже жаль, но пора, – Дрим грустно улыбался. – Прыгай к Луне – она тебя проводит.

Вовка уже ничему не удивлялся, ведь он собирал Секреты, развороченные Догадками, тонул в Страхе, прикасался к Таланту и летал на потоке Куража. Он подбежал к Дриму, обняв его лапками:

– Спасибо тебе, дядя Дрим, большущее-пребольшущее.

– Иди, прекрасный малыш, Луна ждет, – и кот тихонько подтолкнул его.

Вовчик разбежался и прыгнул к Луне, постепенно растворяясь в воздухе. Дрим повернулся к своей старой знакомой.

– Ну что, госпожа Луна, я свое обещание сдержал. Теперь дело за малым.

– Ему нужен хранитель, – прошелестели колокольчики. – Ты все принес?

Кот разложил страничку Вовкиных секретов, на нее положил кусочек страха, который он поборол, и шерстку Таланта, который с ним подружился. Ветерок Куража закрутил все это в воздухе, Луна осветила своим сиянием, зазвенели колокольчики. Через секунду все исчезло, а перед Дримом сидел маленький рыжий котеночек с пятнышком на щеке. Дрим улыбался:

– У тебя важная миссия, малыш. Береги его и тех, кто ему дорог. Мы дали тебе частички своей силы, так что ты сможешь творить чудеса. И помни, что чудеса только там, где в них верят.

Рыжий малыш растворялся в воздухе.

Мама разбудила Вовку:

– Вставай, солнышко, Рождество, пора дарить подарки и идти слушать колокола, – мама улыбалась. В руках у нее было что-то, завернутое в полотенце.

– Смотри, кто сидел у нас под дверями, – не иначе рождественское чудо, – смеялся зашедший в комнату папа.

Вовка подскочил и увидел сидящего у мамы в руках котеночка цвета персика с зелеными глазами и маленьким пятнышком на щеке. Все радостно играли с малышом, а Вовка в тот день скатился со всех горок в округе и стал Царем горы. Целых два раза.

Юлия БЕЛКА

 

Назад
Джорди