Мечта «только для черных»  

Ровно 160 лет назад президент США Авраам Линкольн подписал прокламацию об отмене рабства. Почему же сами афроамериканцы считают, что их до сих пор еще не освободили? 

«Прокламация об освобождении рабов». Фото: Engraving by W. Roberts / Library of Congress

Парадокс американской борьбы с рабством состоял в том, что 22 сентября 1862 года президент США Авраам Линкольн подписал Прокламацию об освобождении, которая объявляла свободными всех рабов в любом штате Конфедерации Южных Штатов, не вернувшемся в состав США до 1 января 1863 года. То есть если бы какой-то из южных штатов вернулся в Союз, местные рабы остались бы рабами. 

Лондонская газета тогда ехидно отметила: «Основная идея Линкольна не в том, что один человек не может на законных основаниях владеть другим, а в том, что он не может владеть в случае нелояльности Соединённым Штатам».

Вторая прокламация об освобождении рабов была опубликована 1 января 1863 года. В этом документе Линкольн объявил отмену рабства в десяти штатах Конфедерации – то есть там, где президент США не имел никакой власти. При этом в составе США осталось четыре штата – Мэриленд, Делавэр, Кентукки и Миссури,  – в которых местные законы разрешали торговлю людьми, причём как чёрными, так и белыми. И вот в этих штатах рабство осталось – до самого окончания Гражданской войны в США, когда в 1865 году была принята 13-я поправка к Конституции, окончательно запретившая рабство в США.

Впрочем, все эти парадоксы перестают быть странными, если вспомнить, что рабовладение само по себе никогда не было настоящей причиной Гражданской войны за отмену рабства. 

* * *

Накануне празднования 160-летия отмены рабства в Америке ведущий CNN спросил пресс-секретаря королевской семьи Виндзоров Хилари Фордвич, не хотят ли власти Великобритании покаяться за годы рабства и выплатить компенсации потомкам рабов.

Ответ королевского пресс-секретаря ошеломил американца. 

– Так давайте отмотаем цепочку поставок рабов к самому началу. Где это начало? 

– В Африке. 

Верно, только вот испанские и французские моряки не гонялись по тропическим лесам за невольниками, отметила мисс Фордвич. Потому что на африканское побережье рабы попадали уже в клетках и кандалах, а вот обращали их в рабство сами туземные правители – такие же чернокожие князьки и царьки, для которых торговля соплеменниками стала крайне выгодным промыслом. А вот Великобритания – тут пресс-секретарь Виндзоров перешла в энергичное контрнаступление – была первой страной, отменившей рабство. И более двух тысяч британских моряков погибли, сражаясь за отмену рабства. 

– Разве потомки этих британских моряков не должны получить какую-то компенсацию от бывших рабовладельцев и от американцев вообще?

Ведущий был в таком шоке от британской наглости, что даже и не сразу нашёлся с ответом. 

Между тем вряд ли представитель Виндзоров не знала, что Британия начала воевать с работорговлей вовсе не из-за большой приверженности англичан к правам человека и ценностям демократии. Нет, просто Лондону очень хотелось подрубить экономическое процветание французских и испанских колоний, завязанное как раз на использовании рабского труда привезённых африканцев. Сами же «свободолюбивые» англичане в те годы проводили эксперименты по обращению в рабство индейцев и индусов. Но неудачно. Первые были слишком непокорными, а вторые – хилыми (неизвестные болезни косили их во время длительных морских переходов).

Да и Гражданская война в США началась вовсе не из-за разногласий между Севером и Югом по поводу отмены рабства. 

Картина "Битва при Франклине, 30 ноября 1864 г.". Фото: Library of Congress

Ещё в своей инаугурационной речи в марте 1861 года бывший адвокат из штата Иллинойс Авраам Линкольн на всю страну заявил: «У меня нет никаких намерений прямо или косвенно вмешиваться в функционирование института рабства в тех штатах, где оно существует».

* * *

Просто северяне-янки воевали с южанами-дикси за власть над континентом. И богатые плантаторы южных штатов вполне имели все шансы выиграть в этой гонке – если не подмять под себя северян, то хотя бы образовать свою собственную Америку – Диксиленд. Так, кстати, и случилось. В 1861 году 13 южных рабовладельческих штатов вышли из состава Соединённых Штатов Америки и образовали Конфедеративные Штаты Америки. 

В ответ янки решили взорвать Конфедерацию изнутри: поскольку всё экономическое процветание Юга держалось на торговле хлопком, а хлопковые плантации – на подневольном труде рабов, то янки решили отменить рабство. В КША, где на 9 миллионов жителей приходилось более 3 миллионов рабов, такая новость, по мысли северян, послужила бы причиной восстаний рабов против своих господ. 

Но янки просчитались. За время гражданской войны на Юге не произошло ни одного восстания рабов.

Почему? Да потому что реалии жизни в южных штатах мало напоминали кино Тарантино «Джанго Освобождённый».     

Всё-таки к началу Гражданской войны в США практически не осталось рабов, привезённых из Африки. Большая же часть невольников была рождена уже в Америке, и они с молоком матери впитывали осознание того, что они должны оставаться покорными воле хозяина. 

Кроме того, рабы являлись ценным активом, стоимость которого росла с каждым годом. К примеру, в 1860 году здоровый взрослый раб мужского пола стоил 1800 долларов – огромные по тем временам деньги.  Так что плантаторы были заинтересованы в том, чтобы заботиться о своих рабах, а не издеваться над ними. Во многих случаях рабы жили в условиях, сходных с условиями жизни свободных белых рабочих того периода.

Впрочем, и идеализировать институт рабства не следует. Раб был полностью беззащитным перед хозяином, который мог его пытать или насиловать (такие случаи тоже зафиксированы). На Севере в пропагандистских целях часто публиковали фотографии бывших невольников с ужасными шрамами от побоев на теле. В порядке вещей было и разделение семей, когда детей продавали отдельно от родителей, а мужей разлучали с жёнами. 

* * *

Но и северяне не думали о положении невольников: уже позже стало понятно, что предоставление свободы людям, которые вообще не знали самостоятельной жизни, создало самим афроамериканцам множество проблем. Бывшие рабы, лишившееся разом и гарантированного крова, и еды, просто не знали, что им делать с неожиданно полученной свободой.

Интересный нюанс: южные плантаторы жили в очень тесном контакте со своими рабами. Негры готовили пищу, нянчили хозяйских детей, служили горничными, экономками, сопровождали своих хозяев в поездках и т.д. 

А вот северяне афроамериканцев так близко не знали и побаивались. Поэтому именно северяне, освободившие афроамериканцев от рабства, принесли в США практику отношения к чернокожим согражданам как к людям низшего сорта. 

Даже Авраам Линкольн хотя и отрицал из религиозных соображений «существование морального права порабощения одного человека другим», но в то же время говорил, что всегда был противником расового равноправия: «Я не являюсь и никогда не был сторонником достижения в какой-либо степени социального и политического равенства белой и чёрной рас».

Поэтому в большинстве штатов и после войны «цветные» люди были лишены избирательных прав, в отношении чернокожих действовали специальные уголовные законы: к примеру, для обвинения афроамериканца в изнасиловании, что автоматически влекло за собой смертную казнь, полиции достаточно было доказать, что чернокожий просто посмел коснуться белой женщины. 

Неудивительно, что среди аболиционистов того времени (аболиционизм – общественное движение за отмену рабства) появилось предложение создать в каком-нибудь штате США специальное государство «только для чёрных». Как компенсацию за лишение африканцев родины. 

Наиболее активным сторонником этой идеи был Джон Браун, который южанами за свою деятельность был приговорён к смерти через повешение. В его честь сочинили даже песню «Тело Джона Брауна», которая позже легла в основу популярного и сегодня «Боевого гимна республики».

Но идеи Брауна остались. В итоге Американское колонизационное общество решило построить «чёрное государство» на исторической родине бывших рабов – в Африке. Аболиционисты при поддержке Республиканской партии купили землю на Африканском континенте и учредили там колонию, которая затем превратилась в новое государство – Либерию, куда активно стали звать переселяться всех освобождённых рабов, считая, что чернокожим вообще не место в США. Но вскоре выяснилось, что и сами свободные чернокожие не стремились ехать на другой континент: большинство из них родились в США, и с Африкой их ничего не связывало. В итоге за десять лет в Либерию перебрались лишь 13 тысяч переселенцев из США.

Уже в ХХ веке эксперимент с Либерией провалился – во многом благодаря как раз активной помощи аболиционистов, воспитавших в итоге иждивенцев, не способных самостоятельно построить государство. 

* * *

Второй раз идеи «чёрного государства» возникли в середине прошлого века. Идею Джона Брауна взяли на вооружение создатели Афроамериканской ассоциации (ААА), выступавшей за негритюд – теорию расового превосходства чёрных. Дескать, негроидная раса настолько самоценна, а африканские народы настолько уникальны и не нуждаются в каком-либо заимствовании из европейской культуры. Негритюд утверждает, что африканскому менталитету присущи сопричастность и чувственное познание динамического мира. Всё это противопоставляется «европейской основе» – рациональности и завоеванию.

Картина Томаса Ховендена  "Последние мгновения Джона Брауна". Фото: Музей изобразительных искусств Сан-Франциско

Поэтому чёрные не нуждаются ни в каких равноправных отношениях с белыми, а должны построить своё государство «только для чёрных». 

Самым ярким правлением ААА стали многочисленные ячейки «Чёрных пантер» – подпольной военной организации, созданной в октябре 1966 года для защиты чёрных демонстрантов.

Именно «пантеры» стали причиной настоящей расовой войны, всколыхнувший Америку ровно 55 лет назад – в конце лета 1967 года.   

* * *

Сегодня даже сложно сказать, с чего все началось: то ли в протестов против полицейского произвола в городке Авондейл, штат Огайо, то ли с беспорядков в Буффало, штат Нью-Йорк, то ли с нападения на полицейский участок в городе Ньюарк в штате Нью-Джерси. Штаты были вроде разные, но проблемы везде были одинаковые: бедность и высокая безработица среди афроамериканцев, недоступность образования для получения приличной работы, перенаселённость чёрных кварталов «гетто», где начинали править криминальные банды.

Сильнее всего полыхнуло тогда в Детройте, считавшемся тогда «автомобильной столицей» Америки и относительным островком социального благополучия: автомобильные концерны процветали, работы хватало на всех. Но именно в Детройте были самые многочисленные ячейки «Чёрных пантер», которые и стали организаторами погромов, начавшихся с того, что полиция разогнала вечеринку в нелегальном баре «только для чёрных», в котором праздновали возвращение двух ветеранов вьетнамской войны. Едва полицейские забрали виновников торжества в полицию, как на улицы Детройта вышли «пантеры» и принялись громить дорогие бары и магазины. 

Вскоре погромы захватили весь город и продолжались пять дней, несколько кварталов города выгорело дотла: бунтовщики забрасывали дома белых богачей бутылками с зажигательной смесью. 

В итоге президент Линдон Джонсон приказал армии США взять Детройт штурмом. Для подавления погромов были выделены 12 тысяч элитных десантников, а также несколько тысяч солдат национальной гвардии и полицейских. В город была направлена и бронетехника, причём танки были снабжены специальными бульдозерными ковшами, чтобы было проще сносить баррикады.

Силовики не церемонились с погромщиками. По данным полиции, за два дня боевых действий было убито 44 человека (по другим данным, от пуль полицейских и солдат погибло свыше сотни человек). Куда больше было раненых. Как вспоминали свидетели погромов, десантники стреляли в ноги пойманным боевикам. Общее же число арестованных превысило 7 тысяч человек. Для содержания арестованных (более 80 % были темнокожими, из них 12 % – женщины) центральный стадион Детройта был переоборудован в концлагерь.

Тогда против Джонсона поднялись чёрные гетто практически во всех крупных городах США – в августе 1967 года в 164 городах были зарегистрированы беспорядки и погромы. 

Но «чёрной революции» в США тогда так и не случилось. Войска сделали своё дело.

* * *

Впрочем, немало усилий для усмирения бунтарей сделал тогда знаменитый баптистский священник и активист Мартин Лютер Кинг, выступавший за мирный протест и расовое равноправие (за что он в 1964 году получил Нобелевскую премию мира). Пока в США бушевали «пантеры», Кинг в своём выступлении 11 августа 1967 года призвал всех афроамериканцев к массовой забастовке.

Стачка не на шутку перепугала Вашингтон, после чего войскам был дан приказ гуманней относиться к мирным жителям, а сам Кинг стал главным врагом режима.  

Cолдат на углу 7-й и Северной улиц на северо-западе в Вашингтоне, рядом с руинами зданий, разрушенных во время беспорядков, последовавших за убийством Мартина Лютера Кинга-младшего. Фото: Warren K. Leffler / Library of Congress

Приободрённый Кинг призвал организовать «поход бедняков» на Вашингтон с требованием принятия закона об экономических правах, который должен был гарантировать всем бедным, чёрным и белым, работу и прожиточный минимум. 

В ответ Кинг был застрелен снайпером во время выступления на митинге в городе Мемфис, штат Теннесси. И хотя дело считается раскрытым, многие обстоятельства по-прежнему не ясны, но ФБР умеет хранить свои тайны.

* * *

Что ж, как показало время, все усилия Вашингтона пересажать и запугать чёрных расистов пошли прахом: «пантеры» и сегодня продолжают активно наращивать ряды и копить оружие, намереваясь отыграться за позорный провал BLM-революции, когда вся движуха была, по сути, организована ради того, чтобы выгнать старого белого миллионера из Белого дома, чтобы туда сел другой белый богатый старик. 

И вместо помощи чернокожему населению страны власти США принялись выкидывать миллиарды на бессмысленную войну на Украине. 

Так что теперь «чёрным пантерам» Белый дом уже не нужен. Им нужен свой Чёрный дом. 

И остановить «пантер» будет не так-то просто.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ