Школьники могут не сдавать ОГЭ?

Зефирный эксперимент в школах России

Фото: Глеб Щелкунов / Коммерсантъ

Фото: Глеб Щелкунов / Коммерсантъ

Уже в этом году в рамках эксперимента часть школьников могут не сдавать после 9-го класса экзамены по выбору. Учащиеся из пяти регионов, решившие не идти в 10-й класс, будут сдавать всего два ОГЭ: по русскому и математике. С такой инициативой выступили депутаты Госдумы, предложение поддержал Рособрнадзор – и вот законопроект принят в первом чтении. Что всё это значит? Каковы причины такого решения? И какими могут быть последствия?

Я совсем не тот человек, которому хочется защищать ОГЭ. У меня очень много вопросов к этому донельзя формализованному экзамену, мне совершенно не симпатична и сама процедура его проведения. А уж от того, как им невротизируют школьников, их родителей и педагогов, совсем грустно. Но и новая инициатива вызывает не меньше вопросов. Сами условия эксперимента наводят на очень неприятные мысли. Уже одно то, что экзамен отменяется не для всех, что за послабления подросткам придётся заплатить ограничениями в выборе дальнейшего образовательного маршрута, рождает подозрения, что всё задумано вообще не ради упрощения жизни 15-летним.

Картина Альберта Анкера "Школьный экзамен". Фото: Kunstmuseum Bern
Картина Альберта Анкера "Школьный экзамен". Фото: Kunstmuseum Bern

Конечно, совсем не хочется заражать людей конспирологическими настроениями, живописуя разные антиутопические картины, – дескать, власть, манипулируя сознанием несмышлёных подростков, старается как можно больше молодёжи не допустить к высшему образованию. Понятно, что всё гораздо-гораздо проще: государство банально хочет сэкономить в краткосрочной перспективе. Но так уж вышло (скорее всего, по недомыслию всё-таки), что выглядит новая инициатива как-то совсем некрасиво.

Лично мне предложение располовинить ОГЭ напоминает Стэнфордский зефирный эксперимент – серию опытов, изучающих феномен отложенного удовольствия, проводимых с 1960-х годов по наше время. В эксперименте детям-дошкольникам предлагали угощение, которое можно было съесть немедленно или подождать 15 минут и получить вдвое больше сладостей. Большинство – две трети участников – выбирали не ждать. Те же, кто проявлял терпение, в будущем оказывались более успешными. Кроме того, в одном из вариантов эксперимента участников подобрали с учётом разности рас, социального положения и материального благополучия. Предсказуемо выяснилось, что меньшую силу воли показывали дети бедняков: они выбирали немедленное удовольствие, руководствуясь нехитрым соображением, что «потом» может и вовсе не наступить, что экспериментаторы могут и обмануть.

Работа приемной комиссии в дистанционном формате в университете «МИСиС».

Фото: Авилов Александр / Агентство «Москва»

Вот и сейчас наивным подросткам предлагают немедленное удовольствие, сладкую конфету под названием «два экзамена вместо четырёх». Правда о том, что, если отказаться от такой радости сейчас, в будущем можно получить гораздо больше – лучшее образование, лучшие перспективы в жизни, сегодня вообще не сообщается. Впрочем, если бы и сообщали, мало бы что изменилось: многие сегодня не верят в ценность высшего образования.

Повторюсь, никто к таким аналогиям, конечно, специально не стремился. И уж точно никто не планирует целенаправленно наблюдать за молодежью несколько лет, как за подопытными кроликами. Государству нужно просто «решить», а точнее просто замазать, чтобы не тратиться, текущие проблемы. А экзамены по выбору в школе – это очень серьезная проблема. Мало того, что их организация стоит огромных денег, так еще и с первого раза не все сдают – надо пересдачи устраивать, опять бумагу переводить, опять платить организаторам за новые смены. А вот бы без пересдач обойтись. А вот бы и в основном потоке сократить объем работы и, как следствие, расходов. Как это сделать? Да сократить число сдающих! Не разбираться ведь с причинами в самом деле?

А причины таковы, что их за три дня и пять копеек не устранить. Это ведь надо решать кадровую проблему. Вот невероятная статистика: в 2024 году в 23% школ не хватало учителей физики, в 43% - химии. Причем часто «не хватает» – значит нет совсем. Просто представьте, работает в какой-нибудь небольшой школе, где в каждой параллели не больше двух классов, один физик, у него с 7 по 11 классы набирается 22 часа плюс элективы, уволится он – и не будет уроков больше ни у кого, пока нового педагога не найдут, а искать можно полгода-год. Понятно, что математики подхватывают классы, но у них нагрузка 1,5-2 ставки – не набегаешься по заменам. И как в таких условиях выбирать сдавать физику? Государство может сколько угодно уговаривать молодежь идти в инженеры, а учить кто будет? Репетиторы? Так они часто и учат тех детей, чьим родителям не все равно.

А как быть тем, кому не повезло не только с учителями, но и с семьей? Сегодня в школе огромный процент педагогически запущенных подростков – детей с сохранным интеллектом, но совершенно немотивированных на учебу. Именно они составляют большинство среди тех, кто не проходит порог ОГЭ. Да-да, вовсе не те несчастные, которых обделила природа (их, во-первых, немного, во-вторых, к тем из них, у кого оформлен статус ОВЗ, обычно очень лояльное отношение на экзаменах), а именно вот эти «двоечники по мировоззрению», которые не столько не могут, сколько не хотят. С такими детьми ведь тоже нужно работать. Помимо прочего, психологам и социальным педагогам. Но их тоже не хватает. Их еще меньше, чем физиков и химиков. Что предлагается? Ничего. Просто сделать вид, что проблемы нет. Не придут идейные двоечники на экзамены, никто и не узнает о степени их запущенности. Пусть лучше идут в какое-нибудь бывшее ПТУ, профессию получают.

Учащиеся на занятии в колледже автомобильного транспорта №9. Фото: Авилов Александр / Агентство «Москва»
Учащиеся на занятии в колледже автомобильного транспорта №9. Фото: Авилов Александр / Агентство «Москва»

Но это тоже странный поворот, конечно. Как будто для профессии не нужны ни знания, ни желание учиться. Как будто по факту зачисления в колледж, все нужные навыки сами загружаются в голову, точно на диск. Вообще в колледжи, которые бывшие техникумы, раньше тоже принимали по экзаменам, а теперь просто по среднему баллу аттестата, а того, у кого с этим баллом все грустно, - за деньги. Но, конечно, остались заведения, куда берут почти всех, по сути, просто на передержку, где можно поболтаться еще пару лет до 18-летия, а потом бросить все и выйти на свободу счастливым и глупым.

Сегодня часто можно услышать, что не могут же все иметь высшее образование, что людей с высшим образованием и так много. По последним данным, высшим образованием охвачено 32% россиян трудоспособного возраста. Много это или мало? Не знаю. Но любопытно то, что процент людей, окончивших вузы, снижается, в 2020 году – высшее образование было у 35% россиян. А еще интереснее другое. 20% наших граждан имеют за плечами только школу, причем не всегда 11 классов, о профессии и речи не идет. Это в XXI веке. Не в Африке. Кто-то скажет, что люди сами делают свой выбор. Наверное. Но ведь всегда имеет значение, в каких обстоятельствах совершается этот выбор.

Вот бы провести еще один эксперимент. Создать, например, в школе условия, близкие к идеальным. Чтобы никаких проблем с кадрами, чтобы учителя не только имелись в штате, но были еще высококвалифицированными и не были замотанными и злыми. Чтобы службы сопровождения работали с проблемными детьми. Чтобы инклюзия не была синонимом нарушения меньшинством прав большинства. Чтобы на уроках не было места политике, чтобы идеология не заслоняла ценность научного знания. Чтобы классы не были переполненными и там царила здоровая психологическая атмосфера. Вот тогда интересно было бы посмотреть на выбор подростков и их родителей.   

Читайте также