Каждый раз, когда разговор заходит о женщинах, неважно, в новостях, соцсетях или офисной курилке, люди спорят до одури. Одни яростно твердят о насилии, неравенстве и правах, другие отстаивают своё право на цветы, дорогие подарки и комплименты, третьи (например, я) устало закатывают глаза и просят оставить их в покое. Бизнес-аккаунты наводняют ленту «познавательными» постами про малоизвестных художниц и изобретательниц, которые тут же забываются. Медиа каждый год в марте пересказывают историю феминизма ‒ от Клары Цеткин и Розы Люксембург до Джудит Батлер и Элен Сиксу. Мужчины тоже не остаются в стороне: от неловких поздравлений и гифок с тюльпанами до шуток про ПМС и «женскую логику». Иногда – постиронично.
Сколько людей – столько и мнений. Но если абстрагироваться от всего этого шума, который особенно нарастает в гендерные праздники, возникает простой вопрос: где во всём этом обещанное сестринство? Почему о женской солидарности говорят так часто, а почувствовать её на практике удаётся так редко?
Испытывая панический страх перед естественными родами, всю беременность я просидела в радикальных феминистских пабликах, где женщины делились опытом беременности и материнства – чаще всего травматичным. На дворе был 2016‒2017 год, расцвет таких сообществ. Сначала казалось, что я нашла поддержку и долгожданное сестринство. Наконец-то можно было говорить о страхах честно, без розовых пони и советов «думать о хорошем» и «просто дышать на схватках».
Но довольно быстро выяснилось, что там, где агрессия и ненависть к мужчинам звучат громче всего, они в полной мере проявляются и к женщинам. Любое отклонение от генерального фронта мужененавистничества каралось моментально. Тех, кто придерживался более традиционных взглядов на брак или материнство, оскорбляли, называли мужерабынями и борщеварками. Когда я сказала, что не хочу отдавать сына в детдом, как всерьёз советовали некоторые участницы, мне пригрозили баном. Там, где громче всего говорили о женской солидарности, оказалось меньше всего терпимости к чужому опыту. Общий гнев прекрасно объединяет, пока есть общий враг ‒ патриархат, но сестринство заканчивалось ровно там, где начиналось инакомыслие и неоднозначность.
Женщин продолжают классифицировать и сегодня, просто язык изменился. Появились новые модные ярлыки: «тарелочница» и «пикми». Иногда я благодарю судьбу за то, что счастлива замужем и мне не нужно искать партнёра в приложениях для знакомств, где каждый второй мужчина боится нарваться на «тарелочницу с гнилой душой» – да, про это явление мужчины даже пишут песни. Если кто не в курсе (хотя, наверное, в курсе уже все), тарелочница – это та, кто использует свидание как повод бесплатно поужинать в дорогом ресторане, но отказывается от продолжения вечера и от дальнейшего общения с мужчиной. Тут возникает вечный вопрос: кто платит на первом свидании? А мужчины столь боятся меркантильных женщин, что не готовы угостить спутницу даже чашкой кофе.
Что касается «пикми» (англ. pick me – «выбери меня»), этот типаж активно высмеивают сами женщины. Пикми ‒ это подчёркнуто слабая и женственная девушка, которая инфантильно и беспомощно ведёт себя в мужском коллективе, дабы у тех пробудился инстинкт её защищать. «Открой бутылку с водой, у меня такие ручки слабенькие», – канючит она капризным голоском. А точнее, так её изображает пародийная артистка. В жизни мне такой типаж ни разу не встречался.
Если посмотреть на эту систему координат, становится ясно: женщина почти всегда оказывается в проигрыше. И эти ярлыки повсюду – удивительно любит наш народ каталогизировать. Слишком независимая – «феминистка». Многодетная мама и домохозяйка в платье в цветочек – «традвайф» (дословно: «традиционная жена»). Рассчитывает на щедрого мужчину – «тарелочница». Ведёт себя женственно – «пикми». Есть ещё, прости господи, «фемцелы» – грустные мужененавистницы, потерявшие надежду найти парня и выбравшие интернет-затворничество. Система устроена так, что женщина сама виновата, просто по разным статьям, и практически любое женское поведение вписывается в эти шаблоны и типажи. Быть правильной невозможно.
Фото: Priscilla Du Preez/UnsplashПараллельно культура предлагает другой миф – о безупречном сестринстве. В современной литературе и особенно в фэнтези популярен троп «сильная героиня»: она дерётся не хуже мужчин, никому не обязана, не просит помощи и вместе с подругами спасает мир, объединившись против врага (обязательно мужского пола). Это красивый образ, но он же и стерильный. В нём нет зависти, усталости, раздражения, конкуренции, бытовой мелочности – всего того, из чего на самом деле состоит человеческое общение. Идеальное сестринство существует только там, где героини написаны без внутренних противоречий. Но в реальной жизни женщины – такие же сложные и несовершенные люди, как и мужчины, и общий гендер не превращает их автоматически в союзниц.
К счастью, современные писательницы прекрасно работают с этой темой и стремятся показать жизнь женщин как она есть. Хочу обратить внимание на книгу Даши Благовой «Течения» (издательство «Альпина. Проза») – университетский роман о токсичной женской дружбе в стенах унылой общаги МГУ. Девочка-южанка Настя, первокурсница журфака МГУ, очарована богатой, красивой и успешной одногруппницей Верой, но их дружба превращается в циклы абьюза и конкуренцию, которая впоследствии перерастает в неприкрытую месть друг другу. Однако Настя находит поддержку в близких, в помощи другим, она налаживает отношения с сестрой, с которой также соперничала. Ещё я читаю прямо сейчас сборник рассказов о женщинах «Яблоки и змеи» Марии Нырковой, недавно вышедший в «Редакции Елены Шубиной». Писательница скрупулёзно исследует женский характер, дружбу и мизогинию, взросление и сепарацию, отношения между матерью и дочерью. Кроме того что рассказы написаны богатым зрелым языком и с недюжинным чувством юмора, мне кажется, что они очень многогранные и правдивые.
Сестринство не возникает само по себе. Это не природный инстинкт и не клятва в вечной любви всем женщинам планеты. Более того, не все женщины обязаны нравиться друг другу. Если вам неприятна коллега, соседка или блогерша, это ещё не делает вас общественно порицаемой мизогинкой и вам не нужно стыдиться своих чувств. Люди вообще редко нравятся друг другу поголовно, независимо от пола. Тут важно помнить: мизогиния начинается там, где женщин обесценивают как класс и приписывают пороки всему женскому роду. Неприязнь к конкретному человеку – это просто неприязнь к конкретному человеку. Иногда женщины злятся на женщин, иногда говорят лишнее – но это не идеология, а простой человеческий аффект.
Женская солидарность редко выглядит как лозунг или манифест. Чаще всего она выглядит обыденно, неидеально и даже не очень благородно. В сплетнях на кухне и в подружеских чатах и, о ужас, в обсуждении несимпатичной особы одного пола с вами. В ночных голосовых сообщениях длиной по семь минут и кружочках в мессенджере. В совместных походах по магазинам, когда подруга честно говорит, что платье вам не идёт, но не критикует вашу внешность. В том, что вы, погружённые в работу, быт, детей и прочую пену дней, всё же находите раз в пару месяцев время выбраться в центр на кофе – пожаловаться на начальников и абсурд на родительских собраниях, посмеяться над странными свиданиями или просто потыкаться в свои ноутбуки рядом.
Сестринство – это не отсутствие конфликтов и не обязательная поддержка женщин любой позиции. Это способность оказаться рядом, даже если вы разные или вообще незнакомы. Это не нечто базово встроенное в каждую женщину, а навык, который растёт вместе с эмпатией. Иногда сестринство и женская солидарность проявляются в совсем маленьких жестах. Например, коллега подменяет вас на работе, потому что знает, что у вас был тяжёлый день. Или соседка, которая придерживает дверь подъезда, пока вы пытаетесь справиться с коляской и пакетами. Просто понимание и толика человечности. Никакого геройствования, или, если хотите, героиньствования.
Поэтому женская солидарность – это не только борьба с глобальной несправедливостью и не красивые слова о единстве против токсичных мужчин. Часто это просто ваша подруга, которая не требует от вас быть идеальной женщиной, правильной матерью или образцовой феминисткой. Человек, рядом с которым можно выдохнуть и просто быть собой. Сестринство, на мой взгляд, начинается не с лозунга «Женщины мира, объединяйтесь», а с букета, присланного без повода, и сообщения: «Приходи завтра, выпьем вина и обсудим всё это безумие».